Эдуард Аркадьевич Асадов

(1923–2004)

Будущий великий поэт Эдуард Асадов родился 7 сентября 1923 года в городе Мары Туркестанской АССР, в интеллигентной учительской семье, оба его родителя были педагогами, правда, отец – Аркадий Григорьевич – в годы Гражданской войны от пуль не прятался, человек самой мирной профессии в тяжелую годину был комиссаром, затем командовал стрелковой ротой. В те времена семья жила в Туркмении, там и родился Эдуард Аркадьевич. Так что ночная стрельба и птицы, взмывающие в ослепительно яркое небо, снились поэту много лет.

Отец Асадова умер, когда ему было чуть за тридцать – человек, переживший годы сражений, погиб от банальной кишечной непроходимости. После этого мать не смогла оставаться на прежнем месте. Забрав шестилетнего сына, Лидия Ивановна переехала в Свердловск (ныне Екатеринбург. – Прим. ред.) к родственникам, а через несколько лет перебралась в Москву – она была по-настоящему хорошей учительницей, поэтому ей предложили работу в столице.

В советские годы никто не думал о том, насколько оправдано «смешение кровей» – в такой многонациональной стране, как СССР, это было в порядке вещей. Асадов с гордостью говорил, что он – армянин по национальности, хотя среди его родственников попадались люди совсем других народностей. Но все они, как на подбор, были высокоинтеллектуальными, интеллигентными. А еще – умели любить, как никто другой.

Тому прекрасный пример – история прабабушки Эдуарда Асадова, дамы из петербургского светского общества, в которую до безумия влюбился настоящий английский лорд. Молодые люди не могли быть вместе, но переступили через людские и божеские законы – лишь бы только быть вместе.

Так что свое преклонение перед истинными чувствами Эдуард Аркадьевич унаследовал на генетическом уровне. А что касается веры в Бога – он всегда был атеистом. И вовсе не потому, что был идейным противником религии. Просто поэт недоумевал, как может создатель, если он действительно где-то существует, допускать такое количество боли, горя, страданий на нашей земле? Поэтому его либо нет, либо он вовсе не всемогущ – следовательно, не заслуживает никакого поклонения.

Позже Асадов говорил, что готов был стать истинно верующим человеком, если бы нашелся кто-то, сумевший объяснить ему этот парадокс. Зато молодой человек свято верил в доброту, которой на белом свете должно быть в разы больше зла, иначе мир просто обречен на гибель. Он надеялся встретить настоящую любовь, такую, как была у родителей, он мечтал о своей «прекрасной незнакомке», зачитываясь стихами классиков и пытаясь создавать собственные произведения на эту же тему – свои первые стихи Эдуард Асадов написал, когда ему исполнилось всего лишь 8 лет.

И вот наступил 1941 год. Окрыленный планами и надеждами юноша планирует после школы поступать в вуз, но никак не может решить, что предпочесть: литературный или театральный? Жизнь избавила Асадова от этого выбора, внеся свои коррективы – через неделю после школьного выпускного началась Великая Отечественная война.

Понятно, что такой пламенный, искренний молодой человек не мог даже думать о том, чтобы отсидеться в сторонке. В первый же день он помчался в военкомат и уже через сутки направлялся к месту боев в составе стрелкового подразделения – Асадов был зачислен в расчет специального орудия, позже получившего известность как легендарная «катюша».

После непродолжительной учебы Эдуард Аркадьевич попал на поля сражений – свое боевое крещение он получил под Ленинградом, воюя в самом пекле на Волховском фронте. Больше года он был наводчиком, но в 1942-м, после ранения своего непосредственного начальника, был назначен командиром орудийного расчета. Вернее, никто его поначалу назначить не успел – Асадов сам взял на себя командование. Происходило это в условиях непрекращающейся канонады, поэтому боец сам руководил своими товарищами и сам же наводил орудие.

Он поражал окружающих своей отвагой и целеустремленностью – никогда не теряя головы, Асадов мог принять единственно правильное решение в самой сложной ситуации. А в перерывах между сражениями он писал стихи и читал их на недолгих привалах своим сослуживцам. И солдаты просили – давай еще!

Позже Асадова, который почти дословно ввел такую сцену в одно из своих произведений о войне, упрекали в идеалистичности картинки. Критики, которые никогда особо не благоволили к поэту, упрекали его в том, что он искажает действительность – какие стихи, какие шутки и разговоры о любви могли быть на войне?! Но Асадов никогда не пытался переубедить неверующих, он просто знал, что война – это тоже жизнь, на которой не обойтись без крови и грязи, но в ней находится время для счастья и надежд. Люди гибли – и мечтали о семейном счастье, плакали от боли – и грезили о любви. Поэтому свои стихи Эдуард Асадов действительно сочинял в коротких перерывах между кровавыми боями.

В 1943 году после окончания Омского артиллерийско-минометного училища Эдуарду Асадову присвоили звание «лейтенант» и назначили сначала на Северо-Кавказский, а затем на Четвертый Украинский фронт. Вспоминая об этом времени, многие сослуживцы и товарищи Асадова по тем страшным годам только поражались его невероятной решимости и мужеству – этот юный и отважный мальчик никогда не думал о собственной жизни, стараясь сделать всё, чтобы выполнить свой воинский долг.

Роковыми для Асадова стали бои при освобождении Севастополя в апреле 1944 года – его собственная батарея была полностью уничтожена прицельным огнем противника. Орудий больше не было, зато оставались запасы снарядов, в которых так нуждались на соседнем рубеже. И с наступлением рассвета боеприпасы были загружены в машину, которую Эдуард Аркадьевич взялся доставить к батарее, обеспечивающей наступление.

Это решение было глупым, смертоубийственным, невыполнимым – по открытой равнине, отлично простреливающейся артиллерией и авиацией врага, везти снаряды по пересеченной местности в обычном грузовике – «полуторке». Но именно этот подвиг внес решающую нотку в симфонию Севастопольской победы. Вовремя доставленные снаряды дали возможность подавить огневые точки противника. Неизвестно, каков был бы результат сражения, если бы Асадов не принял такого решения.

К сожалению, для него самого эта битва стала последней. Осколком снаряда, взорвавшегося в двух шагах от машины, комбату снесло часть черепа, залив лицо кровью и полностью ослепив его. По мнению медиков, после таких ранений человек должен умереть в течение нескольких минут. И уж точно он не способен совершать каких-то телодвижений. Асадов довел машину до соседней батареи, находясь практически без сознания, и только потом погрузился в пучину небытия. В ней он провел почти месяц.

Когда юноша очнулся, ему пришлось выслушать две новости. Первая заключалась в том, что он является феноменом – никто из медиков даже не предполагал, что молодой офицер сможет выжить, сохранив при этом способность говорить, двигаться, мыслить. Это была хорошая новость. А о плохом Асадов узнал в тот же день, как открыл глаза и не увидел ничего вокруг. Оставшуюся жизнь ему предстояло провести в полной темноте – в результате полученной черепно-мозговой травмы юноша навсегда лишился зрения.

Сам Асадов, вспоминая эти времена, часто говорил, что спасло его не искусство врачей – спасла любовь, в которую он всегда верил и которая отплатила ему за это, подарив желание жить. В самые первые дни, погруженный во тьму, потерянный и беспомощный, он не хотел больше существовать. Но медсестра, которая ухаживала за юным офицером, возмутилась – ему ли, такому отважному и сильному, думать о гибели? И заявила, что лично она с удовольствием связала бы свою жизнь с героем. Эдуард никогда не узнал, всерьез ли говорила эта женщина или хотела подбодрить страдающего мальчишку. Но это ей удалось – Асадов понял, что жизнь не закончилась, он может быть еще кому-то нужен.

И он писал стихи. Много стихов – о мире и войне, о животных и о природе, о человеческой подлости и благородстве, вере и безверии. Но в первую очередь это были стихи о любви – Асадов, диктуя другим людям свои строки, был уверен, что только любовь способна удержать человека на самом краю, спасти и дать новую цель в жизни.

В 1946 году он был зачислен в Литературный институт, через два года первая подборка стихов Асадова была опубликована в «Огоньке», а в 1951 году увидела свет его первая книжка – после этого Эдуард Аркадьевич стал одновременно членом Союза писателей и членом КПСС. Он становился очень популярен – постоянные поездки по стране с чтением своих стихов, письма тысяч читателей, которые не могли оставаться равнодушными после знакомства с творчеством Асадова.

Он сам позднее вспоминал, что очень часто приходили весточки от женщин, которые узнавали себя в каждом его произведении. Они благодарили Эдуарда Аркадьевича за то, что он смог так точно понять всю их боль, их мечты и надежды. А он, переживая каждую историю, словно она случилась с ним самим, создавал всё новые и новые шедевры. Его стихи о любви не были глянцево-приторными – за каждой строчкой сочилось кровью чье-то израненное сердце.

В 1998 году, в канун своего 75-летия, Асадов был удостоен звания Героя Советского Союза – этой награды много лет добивался его бывший военный командир. (Это звание присвоено ему Указом постоянного Президиума Съезда народных депутатов СССР. Эта политическая общественная организация создана в 1992 году. Не признает Беловежское соглашение о прекращении существования СССР и создании СНГ. В органах юстиции не зарегистрирована. Её награды официального статуса не имеют. – Прим. ред.) Но особое мужество Эдуард Аркадьевич доказал не только в далеком 1943-м, но и в течение всей своей жизни – когда шел по миру со слепым взглядом, но видел гораздо лучше всех здоровых, как много вокруг подлости, предательства и несправедливости. И пытался бороться – никогда не смиряясь и не идя на компромисс. Возможно, поэтому его не любили сотни людей. Возможно, поэтому его обожали миллионы.

Асадов был награжден множеством орденов и медалей:

• орден Красной Звезды;
• два ордена «Знак Почета»;
• орден Отечественной войны I степени;
• орден Дружбы народов;
• орден Почета;
• орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени;
• медали «За оборону Ленинграда», «За оборону Севастополя», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».

В последние годы жизни Асадов жил и работал в писательском поселке Красновидово Московской области.

Эдуард Аркадьевич Асадов скончался 21 апреля 2004 года в Одинцово. Похоронен на Кунцевском кладбище в Москве. Согласно его последней воле, сердце поэта завещали захоронить на Сапун-горе в Севастополе.

Я могу тебя очень ждать…

 Я могу тебя очень ждать,
Долго-долго и верно-верно,
И ночами могу не спать
Год, и два, и всю жизнь, наверно!

Пусть листочки календаря
Облетят, как листва у сада,
Только знать бы, что всё не зря,
Что тебе это вправду надо!

Я могу за тобой идти
По чащобам и перелазам,
По пескам, без дорог почти,
По горам, по любому пути,
Где и черт не бывал ни разу!

Всё пройду, никого не коря,
Одолею любые тревоги,
Только знать бы, что всё не зря,
Что потом не предашь в дороге.

Я могу для тебя отдать
Всё, что есть у меня и будет.
Я могу за тебя принять
Горечь злейших на свете судеб.

Буду счастьем считать, даря
Целый мир тебе ежечасно.
Только знать бы, что всё не зря,
Что люблю тебя не напрасно!

Я любить тебя буду, можно?..

 Я в глазах твоих утону – Можно?
Ведь в глазах твоих утонуть – счастье!
Подойду и скажу – Здравствуй!
Я люблю тебя очень – Сложно?
Нет не сложно это, а трудно.
Очень трудно любить – Веришь?
Подойду я к обрыву крутому,
Падать буду – Поймать успеешь?
Ну, а если уеду – Напишешь?
Только мне без тебя трудно!
Я хочу быть с тобою – Слышишь?
Ни минуту, ни месяц, а долго.
Очень долго, всю жизнь – Понимаешь?
Значит, вместе всегда – Хочешь?
Я ответа боюсь – Знаешь?
Ты ответь мне, но только глазами.
Ты ответь мне глазами – Любишь?
Если да, то тебе обещаю,
Что ты самым счастливым будешь.
Если нет, то тебя умоляю
Не кори своим взглядом, не надо,
Не тяни за собою в омут,
Но меня ты чуть-чуть помни…
Я любить тебя буду – Можно?
Даже если нельзя… Буду!
И всегда я приду на помощь,
Если будет тебе трудно!

Одна

К ней всюду относились с уваженьем:
И труженик и добрая жена.
А жизнь вдруг обошлась без сожаленья:
Был рядом муж – и вот она одна…

Бежали будни ровной чередою.
И те ж друзья и уваженье то ж,
Но что-то вдруг возникло, и такое,
Чего порой не сразу разберешь:

Приятели, сердцами молодые,
К ней заходя по дружбе иногда,
Уже шутили так, как в дни былые
При муже не решались никогда.

И, говоря, что жизнь почти ничто,
Коль будет сердце лаской не согрето,
Порою намекали ей на то,
Порою намекали ей на это…

А то при встрече предрекут ей скуку
И даже раздражатся сгоряча,
Коль чью-то слишком ласковую руку
Она стряхнет с колена иль с плеча.

Не верили: ломается, играет,
Скажи, какую сберегает честь!
Одно из двух: иль цену набивает,
Или давно уж кто-нибудь да есть.

И было непонятно никому,
Что и одна она верна ему!

 

Слово о любви

Любить – это прежде всего отдавать.
Любить – значит чувства свои, как реку,
С весенней щедростью расплескать
На радость близкому человеку.

Любить – это только глаза открыть
И сразу подумать еще с зарею:
Ну чем бы порадовать, одарить
Того, кого любишь ты всей душою?!

Любить – значит страстно вести бои
За верность и словом, и каждым взглядом,
Чтоб были сердца до конца свои
И в горе и в радости вечно рядом.

А ждет ли любовь? Ну конечно, ждет!
И нежности ждет и тепла, но только
Подсчетов бухгалтерских не ведет:
Отдано столько-то, взято столько.

Любовь не копилка в зашкафной мгле.
Песне не свойственно замыкаться.
Любить – это с радостью откликаться
На всё хорошее на земле!

Любить – это видеть любой предмет,
Чувствуя рядом родную душу:
Вот книга – читал он её или нет?
Груша… А как ему эта груша?

Пустяк? Отчего? Почему пустяк?!
Порой ведь и каплею жизнь спасают.
Любовь – это счастья вишневый стяг,
А в счастье пустячного не бывает!

Любовь – не сплошной фейерверк страстей.
Любовь – это верные в жизни руки,
Она не страшится ни черных дней,
Ни обольщений и ни разлуки.

Любить – значит истину защищать,
Даже восстав против всей вселенной.
Любить – это в горе уметь прощать
Всё, кроме подлости и измены.

Любить – значит сколько угодно раз
С гордостью выдержать все лишенья,
Но никогда, даже в смертный час,
Не соглашаться на униженья!

Любовь – не веселый бездумный бант
И не упреки, что бьют под ребра.
Любить – это значит иметь талант,
Может быть, самый большой и добрый.

И к черту жалкие рассужденья,
Все чувства уйдут, как в песок вода.
Временны только лишь увлеченья.
Любовь же, как солнце, живет всегда!

И мне наплевать на циничный смех
Того, кому звездных высот не мерить.
Ведь эти стихи мои лишь для тех,
Кто сердцем способен любить и верить!

Ты прекрасная, нежная женщина

Ты прекрасная, нежная женщина,
Но бываешь сильнее мужчин.
Тот, кому ты судьбой обещана,
На всю жизнь для тебя один.

Он найдет тебя, неповторимую,
Или, может, уже нашел.
На руках унесет любимую,
В мир, где будет вдвоем хорошо.

Ты сильна красотой и женственна,
И лежит твой путь далеко.
Но я знаю, моя божественная,
Как бывает тебе нелегко.

Тают льдинки обид колючие
От улыбки и нежных слов.
Лишь бы не было в жизни случая,
Когда милый предать готов.

Назначеньем своим высокая,
Дочь, подруга, невеста, жена,
Невозможно постичь это многое,
Где разгадка порой не нужна.

А нужны глаз озера чистые
И твой добрый и светлый смех.
И смирюсь, покорюсь, не выстою
Перед тайной улыбок тех…

asadove.ru,
ru.wikipedia