«Средь суеты и рутины бумажной в каждой судьбе возникает Однажды…»

Знакомство моих родителей было связано с организацией туристического маршрута для зарубежных гостей, прибывших на край земли в поисках острых ощущений. В середине девяностых годов прошлого столетия предприимчивые бизнесмены активно занимались торговлей товарами народного потребления, произведенными за пределами страны, некоторые из них пытались сделать упор на развитие туризма для знакомства иностранцев с дикой и не тронутой человеком природой.

В то время мой отец, молодой выпускник российской академии живописи, вернулся после учебы домой и занял кресло заместителя директора художественной школы, которая с трудом сводила концы с концами. Мама окончила местный вуз, получила специальность учителя английского языка и осталась трудиться на кафедре, иногда подрабатывая в общеобразовательной школе. Обоим платили крохи, да и те давали с огромной задержкой. В период продолжительных летних каникул молодые специалисты решили подзаработать деньжат и наткнулись на объявление в газете, согласно которому туристическая фирма со звучным названием «Стерх» набирала персонал для сопровождения туристов в походы на природные источники и необычные озера.

В состав команды требовались повар, гид-инструктор и переводчик. Молодого заместителя директора взяли гидом-инструктором, учительница английского была нанята переводчиком, повара нашли в небольшой забегаловке, расположенной напротив автовокзала.

Родители часто вспоминали их первый поход и всегда в подробностях рассказывали нюансы этой безумной авантюры. На мой вопрос, почему обыкновенную прогулку они вспоминали с дрожью в голосе, оба наперебой отвечали, что нельзя так безответственно относиться к жизни людей.

– Доченька, я, конечно, в молодости был крепким, сильным и выносливым мужчиной, но имел смутное представление о том, куда веду людей и что делать, если случится беда. Ведь раньше никаких требований к гидам не предъявлялось, только хорошее настроение и энтузиазм, – отвечал отец.

– А что могло случиться в долине, это же не горы или вулканы? – спрашивала я.

– Да что угодно: выход диких животных, травмы или болезни плохо подготовленных туристов, поломка рации – значит потеря единственного средства связи, – задыхаясь от волнения, говорила мама.

– Плохая организация маршрута, помноженная на суровый климат нашего региона, всегда заканчивается трагедией. Безответственное отношение к стихии со стороны туристических фирм я считаю настоящим преступлением, за которое виновные лица должны нести наказание, – говорил отец.

В то лето все пятеро туристов из Японии вернулись из похода без увечий, они были в полнейшем восторге от изобилия красок и растительности нашего полуострова, минеральных источников, бьющих из самой земли, быстрых рек, наполненных рыбой. Несмотря на то, что группа не сразу вернулась на базу и плутала лишних два дня по однообразному лесу, никто не жаловался и не требовал вернуть деньги обратно. Потомки самураев благодарили молодых людей за подаренное счастье и премировали команду хрустящими долларами.

Повар решил продолжить работу в компании «Стерх», а художник с англичанкой дали себе зарок никогда не рисковать жизнями людей. Осенью молодые специалисты вернулись на основную работу, но вскоре поняли, что полюбили друг друга. Спустя два года после свадьбы на свет появилась я.

Со временем отец стал директором художественной школы, а мама заняла место завуча по воспитательной работе своего образовательного учреждения, но оба сохранили любовь к природе. Для комфортного отдыха и занятия живописью отец купил большую машину, которую переоборудовал в настоящий вездеход, способный справиться с любым бездорожьем, приобрел инвентарь для полевой кухни и научился быстро организовывать прекрасные бытовые условия в любой глуши. Пока папа искал натуру для своих полотен, мы с мамой разбивали лагерь, готовили еду, читали книги и наслаждались тишиной леса, тундры или бескрайних долин. Иногда отец возил нас с мамой на берег Тихого океана, где в своей огромной машине мы встречали рассветы и закаты, но он не любил изображать бурлящую стихию, самокритично поясняя наши поездки тем, что недостаточно талантлив для мариниста. Бескрайняя водная стихия дарила отцу вдохновение, маме умиротворение, а мне – восторг.

На пленэрах отец много работал, просыпался чуть свет и не мог оторваться от мольберта до первых сумерек. В конце августа наши поездки заканчивались, всё оборудование пряталось в гараж, специализированная обувь и одежда убиралась на антресоли, свои работы папа заканчивал по памяти, гордился новинками собственных коллекций и старался участвовать в выставочных мероприятиях в других регионах. Необычный ландшафт, сказочные пейзажи, буйство красок не могли оставить равнодушными художников средней полосы нашей страны, и в год, когда я поступила в педагогический институт, четверо талантливых живописцев решили приехать на край земли, чтобы воочию увидеть красоту полотен отца.

Он согласился организовать отдых группе туристов, но перед их приездом долго консультировал насчет одежды, обуви и остальной экипировки гостей.

В назначенный день четверо художников приземлились на краю земли и, увидев очарование заснеженных вулканов в августе, были просто в восторге. Нашими гостями стали взрослый мужчина Егор Михайлович лет пятидесяти, обладатель окладистой бороды и приятной наружности; женщина Анна Матвеевна, без определенного возраста и молодая влюбленная пара Гена с Юлей, недавно отгулявшая свою свадьбу. Представители творческих профессий приехали из разных городов, но были знакомы по межрегиональным выставкам, конференциям и встречам. В своих городах каждый из них занимался спортом, любил долгие пешие прогулки и настаивал на покорении самого высокого и живописного вулкана.

Папа, послушав истории из туристической жизни гостей, немного улыбнулся и озвучил свой безопасный, но не менее красочный план развлечений.

Бескрайний берег Тихого океана, прибрежные ковры спелой шикши, брусники и шиповника, факелы нежно-розового иван-чая, термальные источники, сочный кедрач – всё стало вдохновением для творческих людей. Однако спустя пять дней группа снова вернулась к разговору о восхождении на вулкан. Папа долго отнекивался, но поддался уговорам гостей с большой земли.

Он связался с туристической компанией и заказал один из популярных туров на вулкан Горелый. Туроператор предложил одним днем зайти на вулкан, осмотреть кратер, вернуться в город и после согласования маршрута начал подготовку к выходу. Гости были в восторге, но как только отец увидел обувь и одежду молодоженов, ахнул.

– Владимир Фёдорович, на улице плюс 22 градуса, лето в самом разгаре, в интернете я прочитала, что осадков не будет несколько дней. Я хочу позагорать. Кроме того, мои кеды и ветровка изготовлены из непромокаемой ткани, а теплые вещи я вообще не брала, – начала оправдываться Юля.

– Действительно, зачем тащить столько барахла, словно мы вьючные животные, – ухмыляясь, вторил супруге Гена.

– Молодежь, вы бы еще в сланцах пляжных на вулкан поперлись, – теряя выдержку, сказал папа и начал долгий рассказ, связанный с особенностями покрова подножия и самого вулкана, состоящего из прошлых извержений, которые сопровождались выбросами пепла, лавы и обломков горных пород.

Потом отец рассказал, что в пути погода может мгновенно измениться и на смену палящего солнца прийти снежная метель. Спустя полчаса отец окончательно вышел из себя, напомнил, что всё это говорил еще по телефону, и в конце своей пламенной речи заявил, что, если молодожены не возьмут нашу запасную одежду и обувь, отменит поход.

Гена с Юлией возмущенно побухтели, но смирились и сменили свои летние наряды на практичную и теплую экипировку. Егор Матвеевич и Анна Михайловна были более сговорчивы и без лишних слов оделись и обулись как следует. В назначенное время, оповестив все службы спасения о будущем восхождении группы, мы отправились в поход. Мама осталась дома и ждала нас к праздничному ужину.

Начало пути было назначено на семь утра, мы сели в большую камаз-вахтовку и отправились по каменистой дороге. Группа была в приподнятом настроении, все шутили, смеялись, пели песни, только папа напряженно смотрел в окно. Спустя тридцать минут бесконечной тряски машина остановилась, гид предложил сделать фото на память. Выйдя из машины, я увидела вокруг густой туман, напоминающий молоко. Камера не смогла зафиксировать лица, вернувшись в машину, мы снова двинулись в путь.

Когда машина подъехала к месту высадки, все приуныли и выглядели уставшими. Вместе с нашим внедорожником к подножию вулкана приехали еще несколько вахтовок, из которых вышло около пятидесяти человек. Легко одетые люди вызвали претензии у наших молодоженов, но, увидев каменистую тропу, художники успокоились и начали восхождение. Спустя тридцать минут пути по скользкому каменистому склону Юля попросила сделать остановку. Она стала задыхаться, села на камень и сказала:

– У меня сильно кружится голова, я не могу идти дальше.

– Не переживайте, так бывает из-за изменения атмосферного давления и высоты. Вы сейчас попьете водички, мы немного постоим, вы адаптируетесь, и мы продолжим путь, – спокойным голосом сказал гид.

– Но у меня онемели ноги, – со слезами в голосе сказала девушка.

– Главное – не поддаваться панике, просто вокруг вас новая обстановка, дышите глубже и успокойтесь, – продолжал монотонным голосом мужчина.

Мы действительно немного отдохнули и, когда к Юле вернулся румянец, продолжили путь. Многолюдные группы обгоняли нас, двигаясь в энергичном темпе. Всюду слышались смех и шутки. Спустя полтора часа пути Анна Михайловна вдруг заявила, что не собирается двигаться дальше. Молчаливая и такая спокойная женщина вдруг закрыла лицо руками и заплакала.

– Милые женщины, давайте все сейчас успокоимся, глубоко подышим воздухом и будем думать о том, как покорим вершину этого таинственного вулкана, – всё тем же спокойным голосом сказал наш гид и рассказал легенду, связанную с появлением величественной горы.

«По преданию ительменов, давным-давно на Камчатке жили племена, которые почитали духов гор и морей, главным из которых был Горячий Отец – вулкан, возвышавшийся над долиной. Он давал людям тепло и плодородие, ведь вулканический пепел удобрял землю, а горячие источники дарили исцеление. Но однажды в долину пришло зло в обличье жестокого шамана по имени Куркут. Он захотел подчинить себе всю землю и силу Горячего Отца. Шаман начал читать заклинания, забирая человеческих детей в жертву злым духам. Тогда Горячий Отец разгневался и выпустил из себя клубы дыма и пепла, лава хлынула по склонам, сметая всё на своем пути. Люди бежали в ужасе, моля духов о спасении.

Лишь один самый смелый и отважный воин – юноша по имени Нарыч пробрался к вулкану и вступил с Шаманом в смертельную схватку. Когда вокруг бушевала стихия, небо горело от пламени, юноша боролся со злом, не щадя себя, и смог выбить из рук врага черный амулет, который бросил в жерло вулкана. В тот же миг Горячий Отец задрожал, затих и успокоился, но колдун успел произнести последнее заклинание и проклял Нарыча и его род. Шаман упал замертво, но проклятие Куркута сбылось. После страшного извержения вулкан стал безжизненным. Его склоны покрылись пеплом и шлаком, лес выгорел, а вершина обрушилась, оставив огромный кратер. Горячий Отец умер, оставив после себя лишь Горелый Вулкан.

Люди долго оплакивали Нарыча, отдавшего свою жизнь за их спасение. Говорят, что в тихие ночи, когда над Горелым Вулканом сияет луна, можно услышать тихий голос юноши, который напоминает о злобном коварстве и цене свободы…»

– Когда мы достигнем вершины вулкана и заглянем в его кратер, сможем оценить подвиг молодого юноши и отдать дань его героизму, – подытожил гид.

– Какая чушь, – приободренным голосом заявила Анна Михайловна, – название этому вулкану действительно дали сами местные жители, но только после крупнейшего извержения в начале восемнадцатого века. В то время лава вытекала из множества жерл по всей длине вулканического хребта, придавая выгоревший облик горе. А что касается голоса юноши, то после того как надышишься разряженным воздухом, и не такое почудится.

– Анна Михайловна, рад, что вам полегчало, – веселым голосом сказал наш гид, – тогда в путь.

Как только мы сделали несколько шагов, к нам навстречу выскочила молодая девушка, грязная с головы до ног, она бежала, рыдала в голос и, поравнявшись с нами, стала кричать:

– Мужчины, мужчины у нас беда, дайте, дайте спутниковый телефон!

Папа попросил успокоиться и рассказать, что случилось.

– Я даже не знаю, как это произошло, мы шли, пели песни, а она вдруг раз и упала, – заливаясь слезами, ответила незнакомка.

– Кто она, где упала, где ваш гид и спутниковый телефон, почему вы такая чумазая? – напряженно спросил отец.

– Мы все приехали из разных городов и толком не знаем друг друга, а Вася – старший группы, он там, делает искусственное дыхание, а я, со мной всё в порядке, я хотела сделать селфи и ушла с тропы, там поскользнулась и упала в какую-то жижу.

– Вы звонили в службу спасения? – спросил наш гид.

– Я не знаю, куда звонить, и Вася сказал, что у него рация села, – ответила перепуганная девушка.

– Где ваша девушка лежит? – спросил отец.

Девушка протянула руку в сторону подъема на вулкан и сказала, что до места трагедии минут двадцать ходьбы.

Отец посмотрел на особу в летних кедах и уточнил состав группы, девушка объяснила, что в поход отправились шесть девчонок и парень Вася, который обладал субтильной фигурой.

Гид не стал просить помощи, но мужчины нашей команды поняли всё без слов и отправились вслед за девушкой. Анна Михайловна и Юля остались на своем месте ждать новостей, а я отправилась вместе с мужчинами. Папа не хотел брать меня с собой, но, вспомнив о моих успешно пройденных курсах по оказанию первой медицинской помощи, спорить не стал.

Когда мы дошли до места трагедии, увидели, как худощавый парень, склонившись над телом молодой женщины, тихонько плакал, рыдали и девушки, стоящие рядом. Туристы обыденно проходили мимо, кто-то давал никчемные советы, кто-то просто отворачивался. Подойдя к женщине, я присела на корточки и стала искать у неё пульс, которого не оказалось, она тихо хрипела и не реагировала на голос. Приоткрыв ей глаза, я увидела мутный налет на зрачках и поняла, что женщина была мертва.

Повернувшись к отцу, я отрицательно замотала головой и встала в полный рост. Гид, увидев мой жест, набрал нужный номер телефона и сообщил о трагедии. Дежурный спасатель сообщил, что труп женщины нужно спускать к подножию вулкана самим либо оставить на месте до приезда спасателей, группа которых прибудет на автомобиле не раньше чем через четыре часа.

Женщины, услышав ответ, стали умолять не оставлять Лену одну. Так мы узнали имя погибшей особы.

– Мужчины, миленькие, может, она еще жива и ей нужна помощь. Ведь девушка не доктор, могла и ошибиться, – тыча в меня пальцем, сказала одна из них.

Папа обратился к Васе, который находился на грани истерики, и потребовал прийти в себя, чтобы подумать, на чем спускать тело. Старший группы всё время мотал головой и что-то бормотал.

– Боец, соберись, где твой рюкзак, где вещи Лены? Нужно соорудить что-то вроде носилок, – сказал отец, но, глядя на парня, понял, что действовать придется без его помощи.

Егор Матвеевич снял свой рюкзак со спины, достал из него вещи с рукавами и предложил всем сделать то же самое, чтобы связать кофты и куртки между собой. Погрузив тело девушки на импровизированную переноску, мы медленно отправились вниз.

Спустя минут двадцать мы встретили Анну Михайловну с Юлей, обезумевших от страха, и дальше все вместе отправились в путь. Изнывающая жара вдруг сменилась густым ледяным туманом, но вся верхняя одежда была занята под носилки. Несмотря на холод, мужчины делали остановки, чтобы немного передохнуть. После двух часов изнурительного спуска мы оказались у подножия вулкана, где встретили новую порцию веселых и беззаботных туристов.

Гид снова связался со службой спасения и услышал, что вертолет Центра медицины катастроф был уже в пути. Но прибывшие к подножию вулкана медики констатировали смерть женщины, сообщили, что не занимаются вывозом трупов и улетели, предложив напоследок дождаться представителей правоохранительных органов, до которых мы не дозвонились.

Как только автобус вернулся за туристами, мужчины загрузили тело Лены и уговорили девчонок, чтобы те отправились в ближайшее отделение полиции и морг.

Наша группа разобрала вещи, на которых несколько часов лежала мертвая женщина, загрузилась в вахтовку, не проронив ни единого звука, поехала домой.

Открыв дверь и увидев наши лица, мама сразу поняла, что случилась какая-то неприятность, и, услышав рассказ о произошедшем, долго не могла прийти в себя. Праздничный ужин превратился в молчаливый прием пищи, который прервала Юля.

– Владимир Фёдорович, вы простите нас, особенно меня, я ведь вам не сказала, что беременна. Мне доктор рекомендовала продолжить тренировки, она уверяла, что прогулки на свежем воздухе полезны для моего организма. Я и Гене запретила говорить о моем положении, хотела насладиться пейзажем роскошных мест, тем более срок беременности у меня совсем маленький.

Отец посмотрел на Юлю, потом перевел взгляд на Гену, хотел крепко выругаться, набрав в легкие воздуха, но сдержался и выдохнул, лишь закачал головой.

– Владимир Фёдорович, мы ведь раньше думали, что по телевизору показывают какие-то небылицы про туристов, трагедии на вулканах, и были убеждены, что летом ничего подобного случиться не может, – еле слышно продолжил Гена.

– Сначала я испугалась, когда мне плохо стало, потом страх стал невыносимым, когда я увидела мертвую девушку. Мне так стыдно перед вами, ведь я подвергала опасности не только себя и малыша, но и всю группу, – заливаясь слезами, сказала Юля.

– Надеюсь, мои дорогие гости, вам запомнится этот отпуск, – еле сдерживая истинные эмоции, сказал папа и ушел в свою комнату.

Туристы поблагодарили маму за вкусный ужин и отправились в гостиницу, спустя два дня папа проводил гостей в аэропорт и пожелал всем счастливого пути. Вскоре во всех электронных ресурсах и газетах разлетелась новость о смерти туристки на вулкане Горелый. Появились подробности гибели женщины, после вскрытия медики обнаружили тромб, который оторвался в сосудах головного мозга и унес жизнь совсем молодой женщины.

Туристическую фирму, так бездарно спланировавшую путешествие иногородних девчонок, судить не стали, а происшествие признали несчастным случаем.

Папа, услышав о безнаказанности турфирмы, долго возмущался решению следственных органов.

 – У этого придурка-гида даже связи не было. Отправили девчонок покорять вулкан в сандалиях и рады. Никакого снаряжения, воды взяли на одну кружку, этот Вася туда даже нож с собой не взял, – кричал в телевизор отец.

– Милый, перестань возмущаться. Женщина могла погибнуть где угодно, тромбы не ждут подходящего момента, а тюрьма парню загубила бы жизнь, – пыталась успокоить мама.

– Зато остальным горе-гидам был бы урок, а то наберут бестолочей и продолжают играть в лотерею с жизнями людей, – возмущенно подытожил папа.

Мама попыталась напомнить обстоятельства их первой встречи, но отец отмахнулся и сказал, что сейчас всё изменилось и дикий туризм уже давно должен стать безопасным и надежным.

Словно услышав призыв отца, спустя несколько лет после того случая на вулкане Горелый в нашей стране началась обязательная аттестация экскурсоводов (гидов) и гидов-переводчиков, призванная подтверждать квалификацию специалистов, готовых сопровождать туристов, но до сих пор каждый год величественные и таинственные вулканы уносят десятки жизней тех, кто считает себя сильнее и умнее стихии.

Той осенью папа создал удивительную коллекцию живописных полотен, старался не вспоминать трагедию на вулкане Горелый и молодых бесшабашных художников, которые так безрассудно отнеслись к своему будущему дитя. Он не хотел знать, как сложились судьбы наших гостей, но следующей зимой получил сообщение от Гены, в котором парень благодарил за гостеприимство и прислал фото с изображением супруги с новорожденным ребенком и надписью: «Малыша мы назвали Володей, в честь грозного ангела-хранителя, похожего на Горячего Отца из ительменской легенды, живущего на краю света».

Ариша ЗИМА,
член Союза писателей России