«Средь суеты и рутины бумажной в каждой судьбе возникает Однажды…»
Многие из нас школьные годы вспоминают с теплом в сердце, но есть те, для кого это время воскрешает в памяти лишь неприятные ощущения. Особой любви к школе я не испытывала. Во времена моего обучения школа, где я училась, выжигала в детях индивидуальность и желание отстаивать своё мнение. По мере взросления я приспособилась к жизни в серой массе, но никогда не давала себя в обиду. В моём классе были те, кто откровенно бунтовал против учителей и школьной дисциплины, получая статус бездарных тупиц, и те, кто, не отрывая взора, ловил каждый жест педагогов, попадая в разряд любимчиков. Я поддерживала отношения с обоими лагерями и старалась соблюдать нейтралитет с учителями, что позволило приобрести немало друзей и уважение педагогического состава школы. Только одна девочка не смогла примкнуть к тому или другому лагерю и до окончания школы всегда держалась особняком, её звали Полина Никитина.
Она родилась в семье сотрудников биосферного заповедника и до восьми лет прожила в самом живописном месте нашей области в окружении природы. Полина хорошо читала, с лёгкостью справлялась с домашними заданиями, но неохотно шла на контакт с одноклассниками и учителями, за что вскоре получила прозвище «Дичок».
В школьных праздниках она никогда не участвовала, на дискотеки не ходила, с возрастом не освоила навыки по нанесению макияжа и укладке чёлки а-ля Карлсон в виде огромного зачёса, залитого лаком под названием «Прелесть», вместо лосин, невероятно модных в середине девяностых годов прошлого столетия, носила советское синее трико. За партой всегда сидела одна, на занятиях увлечённо рассматривала пейзажи за окном.
Сначала одноклассники подтрунивали над молчаливой, нелюдимой Полиной, но вскоре все привыкли и перестали обращать на неё внимание, пока однажды на школьном дворе не случилось одно происшествие.
Та зима выдалась особенно снежной. Белые пушистые хлопья круглосуточно падали на застывшую землю, укладываясь в сугробы, достающие до карнизов окон первых этажей зданий. Коммунальные службы боролись с последствиями стихии, но природа, словно обиженная дева, издевалась над городскими властями и с новой силой обрушивала на город свежие порции осадков. Техника выходила из строя, люди выбивались из сил, через тридцать дней бесконечного снегопада улицы стали «тонуть» в мусоре и отходах, привлекая многочисленных ворон.
Их непрерывное кружение над помойками, громкое карканье производили угнетающее впечатление. Я старалась не обращать внимания на жутковатых птиц, но мои одноклассники решили физически побороться с ними. Самый задиристый мальчишка по имени Александр смог тайком взять у отца пневматический пистолет и после уроков решил с друзьями пострелять в помоечных гостей.
Закончив слушать очередную тягомотину про строение атомных ядер, весь класс высыпался на улицу. После первого выстрела стая птиц взлетела в небо и начала ещё громче каркать. Я застегнула пальто и стала наблюдать за происходящим. Через мгновение Саша выстрелил снова. К нему подбежали одноклассники и стали просить дать возможность погонять этих поганых птиц. Владелец оружия стал кочевряжиться и снова произвёл выстрел. Вдруг за спиной я услышала чей-то истошный крик.
Сначала мне показалось, что пуля попала в кого-то из школьников, но, обернувшись, увидела Полину, которая, не успев застегнуть верхнюю одежду, с отчаянными криками вылетела из дверей школы. Не обращая внимания на окружающих, она подбежала к Александру и со всего размаху врезала ему по руке, в которой он держал пистолет. Нагловатый юноша, который всегда был готов на скандал, вдруг опешил и вяло промямлил: «Ты чего?» «Не смей трогать птиц!!!» – вдруг во весь голос закричала Полина. Всегда забитая и такая спокойная молчунья вдруг превратилась в яростную тигрицу, способную встать на защиту каких-то ворон. На секунду все потеряли дар речи, первым в себя пришёл стрелок. Он рассмеялся и сказал: «Ой, я забыл, что ты защитница природы! Живи в лесу, Дичок, там тебе самое место», – и снова выстрелил в стаю. Полина стала плакать и просила прекратить эту гнусную расправу. Александр оттолкнул девушку, прицелился и снова произвёл выстрел, который оказался точным. С неба упало окровавленное тело птицы. Полина закричала не своим голосом и рухнула на колени возле умирающего ворона.
Выстрелы и крики привлекли внимание учителей и директора школы. Они вышли из здания и, увидев алую кровь на снегу и скрюченную пополам Полину, предположили, что девушку ранили. В школьном дворе началась паника, кто-то вызвал скорую помощь, в милицию решили не обращаться. Врачи осмотрели участников происшествия и всем предложили какие-то успокоительные лекарства, директор просила выдать ей двойную дозу. Когда все немного успокоились, Полине и Александру было велено явиться в школу на следующий день в сопровождении родителей. Защитница природы обвернула шарфом раненую птицу и понесла её домой. Стая ещё немного покружилась над школьным двором и вскоре улетела.
Мои подружки предложили прогуляться до ларька, чтобы купить новомодную коричневую помаду, но кровавое пятно на снегу и слёзы Дичка потрясли мою душу, отбив желание совершать покупки. Я думала о Полине и не могла поверить, ведь она никогда не могла постоять за себя, молча сносила все неуместные шутки и приколы в свой адрес и вдруг ради ворон, количество которых за последний месяц росло в геометрической прогрессии, была готова сразиться с наглым и самым зловредным пацаном из нашего класса. От прогулки я отказалась и отправилась домой. Ночью снова пошёл снег, занося следы событий минувшего дня.
Утром в рекреации школы стояли разъярённые директор и завучи по воспитательной и учебной работе. Дети, увидев грозный состав встречающих, проносились, словно ветер, меняя на ходу уличную обувь на сменную. Я не была исключением: общая гнетущая обстановка в сочетании с наэлектризованным воздухом придавали энергичности моим движениям. Заскочив в класс, я села за парту и стала ждать звонка на урок.
Занятия начались без Александра и Полины, они появились только к началу второго урока. Когда прозвенел звонок на очередную перемену, задира всем рассказал, что остался безнаказанным, потом подошёл к заплаканной девушке и назвал её сумасшедшей. Она подняла свои глаза небесного цвета и произнесла: «Ночью ворон умер на моих руках, и ты вскоре уйдёшь за ним». В классе наступила гробовая тишина, которую прервал звонок на следующий урок.
Когда занятия закончились, все вышли из школы. Увидев отсутствие помоечных птиц, Александр игриво наслаждался своей победой над пернатыми, только Дичок уныло отправилась домой. Подружки снова предложили прогуляться, но мне хотелось поговорить с Полиной и поддержать впечатлительную девчонку. Я пошла следом за одноклассницей и вскоре догнала её. Едва собравшись с духом, первой начала разговор, и тут Полина, повернувшись ко мне, произнесла: «Я не сумасшедшая, просто вороны – священные птицы, уничтожение которых приводит к беде. Они являются проводниками информации из других миров, связаны с духами умерших людей и могут предсказывать будущее».
От изумления я открыла рот и не стала перебивать собеседницу. Полина рассказала, что однажды в лесу рядом с их домом она нашла воронёнка, выпавшего из гнезда. Облезлый птенец почти не издавал звуков, но маленькой девочке всё же удалось сохранить гордой птице жизнь. Со временем воронёнок превратился в большого ворона, который обладал невероятным умом. Он так привязался к семье, приютившей его, что даже пытался воспроизводить звуки, напоминающие человеческую речь.
Вскоре родители Полины решили поменять работу и переехали жить в город, чтобы их дочь пошла учиться в школу. Птицу пришлось оставить в лесу. Девочка очень страдала от разлуки с вороном и всё время ждала, что он прилетит навестить её. Но вместо долгожданной встречи в их семье начались настоящие неприятности. Сначала тяжело заболела мама. Она несколько лет боролась за своё здоровье, смогла сохранить жизнь, но потеряла мужа. Отец увлёкся другой женщиной и вскоре снова женился.
Развал семьи, по её мнению, был связан с тем, что они предали своего друга-ворона. Полина хотела вернуться в заповедник, чтобы найти птицу и попросить у неё прощения.
Мне казалось, было невероятно глупо валить на пернатую особь всю ответственность за измену отца, но спорить с Полиной я не стала, решила расспросить её о жизни в лесу. Моя заинтересованность удивила одноклассницу, она молниеносно приободрилась и с удовольствием рассказала о невероятном воздухе, атмосфере и прочих незабываемых особенностях жизни в заповеднике. Чарующие закаты и тишина перед самыми рассветами навсегда остались в её душе. Она знала названия сотни местных трав, узнавала птиц по их пению, вживую видела крупных и мелких животных, сама умела ловить и разделывать рыбу. Скучала по реке, рядом с которой стоял их дом, и мечтала о скорейшем окончании ненавистной школы. Я молча слушала рассказ Полины и даже не заметила, как пролетел целый час.
С тех пор мы не стали подругами, но иногда я составляла Полине компанию по дороге домой, чтобы послушать истории про очарование хотя и нашего, но неизвестного мне региона, в котором я родилась, но почему-то никогда не любила его. Однажды Полина рассказала мне легенду о Вороне Кутхе – создателе нашей суровой земли.
«Не было раньше ничего, кроме воды. И летал над ней Ворон по имени Кутх, был он белый, как снег. Летал, летал, притомился и подумал: “Был бы я лебедем, сел на воду, а раз земли нет – надо её сделать!” Взял Ворон своего сына и сделал из него землю. Надел Ворон лыжи и пошёл по земле. Где прошли его следы – там горы поднялись. Где крылом провёл – реки потекли, полные рыбы. Набросал он своих белых перьев поверх гор – покрылись они снежными шапками. Вдохнул Кутх свой горячий дух в горы – и закипели, забурлили они. Любил Ворон вкусно покушать и покрыл тундру ягодами: ароматной морошкой, красной брусникой, сочной шикшей. Стала земля красивой, но пустой. Заскучал Кутх, взял он бобовый стручок и сделал из него людей, а из глины налепил животных и разных морских существ. Весело зажила земля. Научил Ворон людей охотиться, ловить рыбу, ходить на лодках и на лыжах. Но темно было на земле и холодно. Тогда взлетел Кутх до самого неба и стал долбить его клювом: где стучал, там появлялись дырочки, через них проливался свет. Так появились звезды.
Посветлее стало на земле, но всё равно люди жаловались на вечную темень. Прознал Кутх, что в одной яранге жила женщина-дух, которая прятала у себя Солнце и Луну, превратив их в мячи. Долго пытался он пробраться к ней, чтобы выкрасть светила, но так и не смог. Тогда хитрый Кутх превратился в хвоинку и упал в ручей. Женщина зачерпнула воды с хвоинкой из ручья, выпила и забеременела. Когда Кутх родился вновь, попросил он поиграться с мячиками, да порвал их своим клювом, выпустив Солнце и Луну на свободу, взял их и отнёс на небо. Стало на земле тепло, светло и радостно, всё согрелось вокруг. Пока Ворон летел, так опалился о Солнце, что весь почернел. Со временем перестали люди слушать его советов, обиделся Кутх и улетел навсегда. С тех пор, если встретишь ворона на своём пути, – не обижай его, поклонись, уважь – вдруг это сам Кутх прилетел проведать родную землю».
Странная история, наполненная противоречиями и откровенной глупостью, рассмешила меня, я расхохоталась в голос, но, увидев серьёзный взгляд сказительницы, успокоилась и пообещала выполнить все заветы этой легенды. Полина снова напомнила детали той мерзкой расправы над птицами и неминуемых последствиях для обидчика священных пернатых. Я решила уточнить, почему она волновалась за судьбу гадёныша Александра. В ответ услышала, что Полина никому никогда не желала зла и переживала за тех, кто не осознавал всю степень ответственности за свои поступки. Я посмотрела на собеседницу и уловила лёгкий румянец на её щеках, из чего сделала вывод, что Саша был ей просто небезразличен.
После услышанной легенды я стала пристальней наблюдать за воронами. К тому времени природа сжалилась над нами и перестала обильно посыпать снегом. Вскоре мусор от домов был вывезен на городские свалки, стаи ворон покинули город, оставив немногих сторожей для присмотра за людьми.
Вскоре я действительно стала замечать особенности в поведении этих птиц. Их поступь, повороты головы, пристальные взгляды, парные махинации по добыче лакомых кусочков еды доказывали наличие у ворон интеллекта. Незаметно для себя я прониклась уважением к этим громкоголосым пернатым. При выходе из дома стала захватывать кусочек хлебушка, чтобы угостить какую-нибудь ворону, при встрече с ними здоровалась.
Свои новые привычки я держала в тайне, но внимательные одноклассники заметили мои странные поступки и в тот же миг нарекли меня ещё одной сумасшедшей в классе. Когда Саша насмерть разбился на машине, сумасшедшей осталась только я, поскольку Полине дали прозвище «Ведьма».
После того происшествия на школьном дворе Александр не поменял свой стиль общения и манеру поведения. Он всё так же дерзил учителям, скандалил с родителями, тайком воровал у них деньги и однажды ночью без спроса взял ключи от машины отца. Теплый апрельский денек растопил ледяную корку дорог, однако ночной морозец вернул былой гололед на трассы, не оставив шансов на выживание неопытному шестнадцатилетнему выпившему подростку. Я пыталась вразумить одноклассников, убеждая, что в своей смерти Александр был виноват сам, но даже учителя стали побаиваться Полину.
Закончив девять классов, защитница природы решила поступить в лесотехнический техникум, который находился в другом регионе. В кабинете директора школы она получила аттестат о среднем образовании и, пропустив выпускной бал, уехала из нашей области навсегда.
Два последних года обучения в школе прошли для меня в усиленной подготовке к поступлению в институт на бюджетное место. Однако в конце девяностых годов прошлого столетия, помимо усиленных знаний и хороших оценок в аттестате, для поступления в высшее учебное заведение полагалось оказывать безвозмездную помощь на развитие кафедры. В народе этот взнос назывался взяткой. В тот год моего отца на работе сократили, заработную плату маме выплачивали не каждый месяц. Денег катастрофически не хватало даже на еду, оплатить гарантированное зачисление в институт моя семья не смогла. Приёмная комиссия похвалила меня за прекрасную подготовку, но предложила попробовать свои усилия в следующем году. До конца испытаний я верила в своё поступление, но чуда, увы, не произошло. Пропускать целый год я не хотела, побоялась, что вообще заброшу учёбу, перебрав в голове техникумы нашего города, я подала документы для обучения поварскому делу.
Сначала я училась неохотно, страдала по несбывшимся мечтам, но смерть отца заставила меня прийти в себя, чтобы стать полноценным помощником для своей немолодой и не очень здоровой мамы. В техникуме я подтянула оценки и всерьёз увлеклась своей будущей профессией. После получения диплома друзья отца устроили меня работать по профессии в воинскую часть на окраине нашего города. Я поступила в распоряжение румяной и очень весёлой поварихи, с которой мы быстро нашли общий язык и, несмотря на разницу в возрасте около тридцати лет, даже подружились. Анна Петровна была тёщей командира, пользовалась заслуженным уважением у состава подразделения, вкусно готовила из любых продуктов, умела разнообразить солдатское меню и всех мужчин моложе тридцати пяти лет называла сынками.
В начале двухтысячных годов содержание вооружённых сил стало значительно лучше последних нескольких десятков лет прошлого века, однако Анна Петровна частенько вспоминала то сложное время, когда капуста и гнилая картошка были основными ингредиентами блюд. Она считала преступлением содержать в голоде бойцов и защитников Родины, любила повторять, что их нужно кормить до отвала, и всегда угощала добавками солдат, которые помогали с чисткой овощей и помывкой посуды.
С момента появления на работе я моментально стала объектом пристального внимания большого количества мужчин. Сначала мне понравился солдатик Лёша, который чаще остальных чистил картошку на кухне, но потом я обратила внимание на симпатичного прапорщика Андрея, отвечающего за хозяйственную деятельность. После окончания техникума он проходил срочную военную службу в этой части, зарекомендовал себя исполнительным, ответственным солдатом и остался служить по контракту. Высокий, подтянутый интересный мужчина казался мне отличной партией для создания семьи. Я с радостью приняла его ухаживания и вскоре поняла, что всерьёз увлеклась Андреем.
Мой серьёзный и ответственный мужчина очень понравился маме. Она благословила наш союз и безумно расстраивалась, что мой отец не застал меня счастливой. Мама просила не тянуть со свадьбой, но мы хотели прежде накопить внушительную сумму денег для отдыха в медовый месяц, поэтому решили не спешить с регистрацией нашего брака и стали снимать квартиру, чтобы получше узнать друг друга. Первые месяцы совместной жизни я была очень счастливой, но, чем дольше мы жили вместе, тем реже Андрей говорил о свадьбе. Денег хватало только на ежедневные нужды, отложить на отдых у нас не получалось. Однако через год мой суженый заявил, что устал добираться до службы на казённом транспорте, и вскоре предъявил мне роскошную иномарку чёрного цвета.
Вместо радости от покупки мою душу посетила грусть и печаль. Я поздравила Андрея с приобретением, но для себя поняла, что свадьбы в этом году точно не будет.
Анна Петровна первой заметила грусть в моих глазах. За раболепное отношение к начальству и чрезмерное желание всем угодить она презирала Андрея и неоднократно просила найти себе другую пару. В ответ я только шутила и утверждала, что с таким набором качеств, как у Андрея, я вскоре стану супругой генерала. Повариха, услышав мои планы, морщилась и отрицательно мотала головой.
После покупки машины всё свободное время Андрей проводил в гараже, который достался ему в наследство от деда. Там он обустроил комфортное место для любимой «ласточки», так нежно называл Андрей свою машину перед друзьями, с которыми встречался по субботам. Мы стали отдаляться друг от друга, про свадьбу вообще перестали говорить. Попытки привлечь его внимание заканчивались спорами, иногда скандалами. Я понимала, что разлюбила своего будущего генерала, но почему-то не решалась вернуться домой. Моя жизнь состояла из тяжёлого труда на пищеблоке воинской части и безрадостных вечеров в одиночестве. Дни были похожими друг на друга, пока судьба не решила внести разнообразие в мои будни.
Однажды предприимчивый коммерсант решил сэкономить на утилизации рыбных отходов и вывалил их неподалёку от нашей части. Вскоре стаи воронья начали кружиться над нашим режимным объектом. Руководство воинской части требовало от подчинённых выяснить причину нашествия пернатых, поставив ответственным за выполнение поручения Андрея. Вместо поиска нерадивого предпринимателя в целях его наказания и устранения зловонного очага, молодой прапорщик решил дождаться отпуска непосредственного начальника и перестрелять таинственных родственников Великого Кутха.
Когда я впервые услышала выстрелы, выскочила на улицу, чтобы узнать, что происходит. За казармой стоял Андрей, в руках у него было ружьё, в глазах светился дьявольский азарт. Он палил без разбора, выкрикивая ругательства в адрес птиц. Вороны взмыли к небесам и улетели. Эта картина произвела на меня гнетущее впечатление. Я вспомнила судьбу одноклассника Александра после убийства ворона, подбежала к Андрею и решила предупредить его о последствиях этой расправы. Он даже слушать меня не стал, рассмеялся и назвал безмозглой дурой. Я заплакала и вернулась на пищеблок. В помещении для хранения овощей к своей работе уже приступил солдат Лёша. Он снова был за что-то наказан и попал в распоряжение кухни на целых три дня. Я сухо поздоровалась и решила заняться тестом, но Анна Петровна попросила меня вернуться в кладовку, чтобы ускорить провинившегося солдата. Парень и так старался как мог, но явно не успевал наполнить чищеной картошкой двадцатилитровый чан, поэтому я взяла нож, села с ним рядом и начала помогать. Кругленькие чистенькие клубни проворно вылетали из моих рук, попадая в бак с ледяной водой. Монотонная работа успокоила меня, я решила заговорить с Алексеем, подняла глаза и поймала на себе его пристальный взгляд.
«На улице стреляли ворон?» – начал первым солдат. «Да, Андрей Иванович проявил инициативу», – ответила я. «Вот дурак», – продолжил Алексей. Я удивилась, но для сохранения порядка поругала собеседника за его выражение, а потом язвительно добавила, что поняла причину частого получения солдатом нарядов вне очереди по дежурству в пищеблоке. Алексей неохотно извинился и продолжил, что однажды слышал от своей бабушки легенду о Великом Кутхе, она немного отличалась от той, которую мне однажды рассказала одноклассница Полина, но в целом идея создания земли и необходимости в поклонении этим таинственным птицам были те же. Собеседник добавил, что после смерти бабушки до сих пор уважительно относится к этим птицам. В ответ я рассказала свою историю, которая случилась однажды на школьном дворе. Алексей был уверен, что обидчику таинственных птиц всегда нужно ждать неприятных последствий от своих поступков, но, будучи верующим человеком, мой собеседник не исключал возможность совпадений, нередко встречающихся в нашей жизни.
Я хотела продолжить этот необычный разговор, но Анна Петровна позвала меня к себе. Алексей донёс чан с очищенной картошкой до раковины и вернулся в кладовку, чтобы перебрать морковь и лук, сброшенные в угол. Я занялась лепкой булочек к полднику. В этот день с Алексеем мы больше не разговаривали.
Вечером я вспоминала Полину и наш класс, с которым не встречалась больше пяти лет. Меня приглашали на вечера встречи выпускников, но, узнав, что защитницу природы никто не хотел видеть, отказывалась от банкетов, ведь только её судьба мне казалась интересной.
Следующим утром Анна Петровна сказалась больной и попросила своего зятя обеспечить меня дополнительными кадрами для работы на пищеблоке. На грязную работу с овощами и мытьё посуды я поставила двух новеньких солдат, а своим помощником сделала Алексея. Целый день мы болтали и смеялись, словно старинные друзья. Вечером, закончив все хлопоты, мы присели на старенький диван, который стоял в предбаннике, и молча слушали выстрелы, доносящиеся с улицы. Учитывая нашу занятость, мы не обратили внимания на то, что утром вороны вернулись на излюбленное место, заставив понервничать исполнительного прапорщика Андрея. Переглянувшись с Алексеем, не сговариваясь, мы глубоко вздохнули и оба вполголоса произнесли: «Дурак».
Смирившись с происходящим за окнами пищеблока, я решила отвлечься и спросила у Алексея, как он попал служить в армию. Симпатичный солдат объяснил, что после школы окончил институт по юридической специальности, но при получении диплома выяснились проблемы с аккредитацией вуза. «Корочка» оказалась негосударственного образца, высшее образование – фиктивным, поэтому служба в армии затянулась на целых два года. Алексей пытался восстановить справедливость, но решил вернуться к подтверждению своего образования после дембеля, который должен был наступить через месяц. «Ой, как жалко», – вдруг сказала я, но потом опомнилась и уточнила, что жалела о проблемах с образованием, а не о будущем расставании. «Я тоже буду за тобой скучать, – нахально заявил Алексей, – ведь я столько картошки перечистил, чтобы быть с тобой рядом». Услышав это откровенное признание, я на мгновение потеряла дар речи. Мысли закружились в моей голове, я вдруг потянулась к Алексею и поцеловала его. Сильные руки заключили меня в свои объятия, наполнив душу волнением, а тело – желанием. Я поняла, что окончательно теряю голову, но громкие выстрелы вернули меня на землю. Птичий палач не унимался и ещё несколько минут пытался попасть в хитрых пернатых.
Алексей снова попытался поцеловать меня, но я выбралась из его объятий, извинилась и попросила покинуть пищеблок.
Весь вечер Андрей рассказывал мне о новой методике уничтожения воронья, которую он решил применить на следующий день. Он утверждал, что будет прятаться с ружьём в кустах, поскольку птицы стали узнавать его оружие, увидев которое, разлетались до первого выстрела. Я попыталась убедить прапорщика заняться поиском нарушителя закона или вывозом отходов, но в ответ получила лишь порцию обидных слов в свой адрес, перестала спорить и погрузилась в мир нежности, который случайно приоткрыл мне симпатичный солдат Алёша.
На следующий день я пришла на работу раньше обычного времени. Перед входом в пищеблок меня уже ждал Алексей. Мы поздоровались, я открыла двери, и мы вошли в помещение. Солдат расстегнул верхние пуговицы кителя и достал немного примятые ромашки. Эти обыкновенные растения цвели по всей территории воинской части, они словно окружили землю нашего подразделения, придавая бетонным поверхностям белый цвет. Я не любила ромашки, но, получив их в подарок, ощутила тепло в самом сердце. Мне захотелось обнять своего романтика, но нам помешали солдаты, направленные командиром для оказания помощи.
Целый день мы с Алексеем украдкой смотрели друг на друга и втайне мечтали остаться наедине. После обеда прапорщик Андрей стал испытывать новую методику расправы над птицами. Звуки выстрелов раздавались из разных частей нашей территории. Раздражение к некогда любимому человеку стало нарастать в моей душе. К вечеру один раненый ворон замертво рухнул на землю, окончательно поставив точку в наших с Андреем отношениях. Вернувшись с работы, я заявила, что ухожу жить к маме. Несостоявшийся супруг держать меня не стал. Напоследок он самоуверенно заявил, что я пожалею о своём решении, язвительно потребовал вернуть ему подарки и пожелал счастья в личной жизни. Разъярённая таким отношением к себе, я швырнула в лицо Андрея единственное скромное колечко из серебра, полученное в подарок по случаю дня рождения, следом я бросила в него ключи от квартиры, взяла сумку и выскочила из дома, стены которого давно угнетали меня.
Мама безумно расстроилась, узнав про наше расставание с Андреем, вечером ей стало плохо, и я вызвала скорую помощь. Доктор не стал госпитализировать маму, прописал ей соблюдать постельный режим и домашний уход. Мне пришлось взять отпуск без содержания на несколько недель, чтобы помочь маме поправить здоровье.
К моменту моего выхода на работу я узнала, что Алексей демобилизовался и вернулся домой. Командование части распорядилось вывезти злосчастные отходы на городскую свалку и наказать прапорщика, устроившего самовольную стрельбу на территории подразделения, влепив ему строгий выговор. Ромашки уже отцвели, в утреннем воздухе появились слабые нотки предстоящей осени. Я наблюдала за увяданием природы, и в моей душе снова поселилась тоска, будто пожелтевшие и опадающие листья забирали с собой часть тепла моего сердца. Эта меланхолия не осталась без внимания Анны Петровны. Она смогла выведать мои тайны и пообещала помочь. В ответ я только улыбалась и благодарила за участие в личной жизни. Через несколько дней моя румяная повариха протянула мне листок бумаги, на котором был написан чей-то адрес и телефон. Ради меня она воспользовалась семейными связями и нашла контакт Алексея, вскружившего мне голову. Я стала отнекиваться, утверждала, что не буду первой искать встречи с мужчиной, говорила про несерьёзное увлечение молодого солдата смазливой кухаркой, но шефиня «надавила» на меня и заставила взять листок.
Несколько дней я старалась не думать об Алексее, но вскоре сдалась и решила позвонить. Набрала номер, разнервничалась и сбросила вызов, порвала листок и выбросила в помойное ведро. Мне показалось, я выглядела смешной и глупой, тоскуя за человеком, которого едва знала и целовала всего один раз. Мне захотелось забыть эту историю навсегда и найти смысл жизни.
В свой выходной день я решила прогуляться по городу, чтобы насладиться последними солнечными деньками бабьего лета. Взяв по привычке небольшой кусочек хлебушка, я вышла из подъезда, где меня в юности встречал один и тот же ворон. У него была повреждена лапа, поэтому узнать своего старинного друга мне не составило труда. Хромоногий хитрец до сих пор дежурил возле моего дома, чтобы полакомиться свежим хлебом, а не копаться в помойке с самого утра. Я поздоровалась с ним, как со старым знакомым, бросила кусочек хлеба, но в ответ услышала громкое недовольное карканье. Ворон будто требовал более изысканное кушанье. Мне пришлось извиниться и продолжить свой путь. Через несколько метров я заметила, что прохожие посмеиваются, глядя на меня, а дети тычут пальцами в мою сторону, я обернулась и увидела важного ворона, который шёл следом за мной, переваливаясь с ноги на ногу. Так вместе мы прошагали до самой остановки, он «посадил» меня в автобус и улетел по своим делам.
Проезжая мимо центрального рынка, я случайно обратила внимание на рекламную вывеску, на которой жителей города приглашали посетить выставку-ярмарку мастеров декоративно-прикладного искусства страны, в углу растяжки красовался огромный Ворон Кутх в красивой национальной шубке. Я захотела посмотреть на эти творческие работы и поспешила к выходу.
Отыскав нужный павильон, я купила входной билет и пошла наслаждаться рукотворными произведениями искусства. В центре зала танцевал национальный ансамбль, дети разного возраста ловко справлялись с ролью чаек. Стенды и полки помещений были украшены разноцветными поделками, возле каждого стола находился автор изделий, который рассказывал об особенностях своего мастерства. Мне понравилась одежда, обувь и украшения из меха, но особенно впечатлил деревянный Ворон, изображение которого было размещено на рекламной вывеске у входа. Все линии и элементы одежды говорили об особом мастерстве исполнителя. Когда я внимательно рассмотрела Кутха, опустила глаза и с удивлением прочитала: «ВЕЛИКИЙ ВОРОН-КУТХ. Автор: Семёнова (Никитина) Полина, г. Екатеринбург». Предчувствие кольнуло моё сердце, и я стала искать глазами знакомые черты, но среди посторонних людей не смогла найти человека, похожего на мою одноклассницу. Подойдя к администратору ярмарки-выставки, я справилась об интересующем меня авторе. Молодая энергичная женщина рассказала, что Полина, в девичестве Никитина, была уроженкой наших мест, но после окончания школы она уехала в Екатеринбург, где всерьёз увлеклась резьбой по дереву и стала одним из лучших мастеров в этом искусстве. Автор сама хотела сопровождать свои работы, чтобы побывать на малой родине, но не смогла прилететь, потому что ждала появления на свет второго ребенка. Будучи студенткой Уральского государственного лесотехнического университета, она познакомилась с руководителем природного заповедника Свердловской области, вскоре стала его женой, поселилась в живописных местах той земли и освоила один из самых сложных видов искусств.
Я поблагодарила администратора за подробный рассказ, хотела передать небольшое послание для своей одноклассницы, но поймала себя на мысли, что мне нечего было ей сообщить. Моя жизнь состояла из приготовления ненавистных борщей, бесконечной вони жареного лука от волос и одежды, запаха пота гимнастёрок, вечно умирающей мамы, разбитого сердца и отсутствия мечты. Письмо передавать я не стала, ещё немного походила по выставке, купила роскошного Кутха, изготовленного сильной и целеустремлённой Полиной, и вышла из павильона.
Грусть и тоска захватили мою душу, я прижала к себе деревянное чудо и расплакалась. Придя немного в себя, услышала рекламу дополнительного набора студентов в государственный технический университет, где предлагали получить диплом технолога пищевой промышленности. Я усмотрела в этом знак судьбы и решила получить высшее образование, чтобы навсегда покинуть пищеблок надоевшей мне воинской части.
Учитывая успешную сдачу ЕГЭ, наличие диплома профессионального училища и низкой привлекательности будущей профессии (тогда все непременно хотели быть менеджерами), я смогла поступить в университет на бюджетное место. Меня зачислили на третий курс, но предложили досдать экзамены по дисциплинам, которых недоставало в образовательной программе техникума. Тяжёлый, кропотливый труд и фигурка Великого Кутха помогли пройти через все испытания. Завершая первый год заочного обучения в вузе, я приобрела статус самого ответственного и талантливого студента, кроме того, стала лучшей старостой группы. Моя жизнь приобрела смысл, вот только любовь не спешила постучаться в сердце.
Забежав однажды в деканат, я наткнулась на молодого мужчину с очень знакомым лицом. Он поздоровался со мной и явно чем-то смутился. Я улыбнулась в ответ и, не найдя нужного преподавателя, решила покинуть кабинет, но незнакомец остановил меня и спросил: «Вы меня не помните? Я Алексей, воинская часть 80102, пищеблок, картошка и ромашки». Сердце с невероятной скоростью забилось в моей груди. Передо мной стоял похорошевший, возмужавший, молодой, хорошо одетый мужчина. Я немного замялась, но не смогла соврать и ответила, что помню его. Он рассказал, что только сейчас смог получить диплом государственного образца. Я поздравила выпускника с победой и решила заняться поиском своего преподавателя, но Алексей успел взять мою руку, он предложил вместе выпить кофе, чтобы поболтать о жизни. Мне не хотелось воскрешать свои воспоминания о человеке, принёсшем столько тоски моему сердцу, я вежливо поблагодарила и отказалась от посиделок.
Следующим утром Алексей встречал меня возле вуза. В руках он держал букет красивых роз. «Это вам!» – протягивая цветы, сказал Леша. «А где помятые ромашки?» – язвительно спросила я. «Тогда это были единственные цветы, которые я мог тебе подарить, а сейчас у ромашек не сезон, да и такой красивой девушке, как ты, дарить нужно только розы», – ответил молодой мужчина. Он попросил дать ему шанс, чтобы снова понравиться, ведь, по его мнению, наша встреча в деканате была судьбоносной. «Почему ты не искал меня раньше?» – спросила я. «Переживал, что буду выглядеть глупым и смешным», – ответил дипломированный юрист.
Мы решили начать все сначала и вскоре поняли, что любим друг друга. Его родителям я не понравилась, ведь не кухарку из воинской части они мечтали видеть рядом с единственным сыном. Мне пришлось потратить много усилий, чтобы растопить лёд в их сердцах. Получив высшее образование, я нашла другую работу и вышла замуж за своего трепетного солдата, однажды вскружившего мне голову. Мы преодолели немало трудностей, но смогли приобрети собственное жильё, в котором своё место нашел роскошный Великий Кутх из дерева, выполненный прекрасной защитницей природы Полиной Никитиной. Свою дочку мы назвали в честь бабушки Алексея, которая обожала ворона, жившего в её дворе. По вечерам маленькая Лиза любила слушать рассказы, сказки и былины про нашу землю и народ, но больше всего ей нравилась легенда о Вороне – создателе этой суровой земли, родственники которого до сих пор иногда прилетают навестить нас.
Что касается прапорщика Андрея, он не погиб, но так и не стал генералом. Во время работы в пищеблоке воинской части я много слышала о странностях его характера, которые раньше не бросались в глаза командованию подразделения. Внезапная тяга к азартным играм и горячительным напиткам сгубили его карьеру и не позволили выучиться на офицера. Несколько раз он безуспешно лечился от алкоголизма, но так и не избавился от этой пагубной привычки. Он не женился и не стал отцом. Подлые и гнилые поступки оттолкнули от него друзей и коллег, но среди сослуживцев до сих пор ходят слухи о проклятии Ворона, застреленного однажды Андреем, согласно которому обидчик Великого Кутха был обречён на вечную пустоту в душе и одиночество…
Ариша ЗИМА,
член Союза писателей России