С первого марта 2027 года вступают в силу поправки, закрепленные Федеральным законом № 200-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон „О безопасности дорожного движения“ и статью 10 Федерального закона „О персональных данных“». Закон обязывает медицинские организации сообщать в МВД о выявленных у водителей признаках заболеваний, при которых противопоказано управление автомобилем.
Список таких болезней утвержден распоряжением Правительства РФ от 12.04.2025 № 892-Р. В нем перечислены виды психических расстройств, включая шизофрению, шизотипические и бредовые расстройства и другие, болезни нервной системы (эпилепсия), серьезные нарушения зрения.
Сейчас, напомним, здоровье у водителей проверяют один раз в десять лет при прохождении медкомиссии и выдаче медсправки для продления водительских прав. За это время здоровье человека может значительно ухудшиться. Некоторые автомобилисты скрывают болезни, при которых машину водить нельзя, и продолжают садиться за руль до следующего обязательного медосмотра. Никакой ответственности за это законом не предусмотрено.
Вместо того чтобы предусмотреть наказание для водителя, государство решило пойти по другому пути и сработать «на опережение». По новой схеме, если во время любого обращения водителя в медорганизацию (диспансеризации, приема в поликлинике, лечения в стационаре и т. д.) будут выявлены признаки заболеваний, несовместимых с вождением, уведомление об этом немедленно должно поступить в уполномоченный орган МВД и самому пациенту. После этого у водителя будет три месяца на прохождение медосвидетельствования в лицензированной клинике. Если диагноз подтвердится, действие водительских прав прекратят. Неявка на освидетельствование приведет к такому же результату.
Одновременно закон переводит медицинское заключение в электронную форму: оно будет подписываться усиленной квалифицированной электронной подписью, размещаться в федеральном реестре в составе ЕГИСЗ, а информация о сформированном заключении передаваться в МВД.
К сожалению, непонятно, как будет работать эта новая модель, если пациент решит скрыть от медика, что он водит машину. Представим, что на вопрос врача: «Водите ли вы автомобиль?» он просто скажет: «Нет». И продолжит спокойно садиться за руль следующие десять, восемь или пять лет, то есть столько времени, сколько ему осталось до следующего обязательного медосмотра. Получается, чтобы поправки работали, необходимо создать механизм, обязывающий пациента сообщать врачу, что он является водителем, и предусмотреть ответственность за уклонение от этой обязанности. Иначе их польза теряется.
В 1997 году был случай, когда в Петропавловске-Камчатском на улице Пономарева перевернулся автобус с учащимися школы № 24. Среди детей были пострадавшие: кто-то получил закрытую черепно-мозговую травму, у кого-то оказалась сломана рука. За рулем находился шофер, с которым случился эпилептический припадок. Руководство школы заявило, что ничего не знало об этом: прежде никаких проблем с этим работником не было. Сам водитель уверял, что припадок случился с ним впервые. Так это или нет, никто выяснять не стал. К ответственности за ДТП шофера не привлекали.
Что изменится, если после вступления в силу поправок такой же водитель сядет за руль? Накажут медорганизацию, куда он обращался? А если там даже не будут знать, что этот человек водит машину?
Кроме того, что теперь будет с понятием «врачебная тайна»? Федеральный закон № 323 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определяет её так: «Сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну». Значит, врачебная тайна – это запрет на разглашение любой информации, полученной клиникой в ходе обращения пациента.
Дополним, что законопроект о расширении оснований для аннулирования водительских удостоверений был представлен на рассмотрение в Госдуму еще в 2022 году. И его даже приняли в первом чтении, но затем заморозили и вернулись к нему лишь в 2025 году. Ко второму чтению законопроект дополнили поправками: автомобилистам дали три месяца на повторное медосвидетельствование и разрешили восстановить право управления автомобилем после лечения, если диагноз снимут. В таком виде законопроект прошел третье чтение.
Попытка государства оградить пешеходов от автомобилистов, имеющих серьезные проблемы со здоровьем, конечно, заслуживает уважения. Но исключение водителя из цепочки «заболевание – медорганизация – медицинское заключение – обмен сведениями с МВД – возможное лишение водительских прав» выглядит, по меньшей мере, странно. Почему в новом законе не предусмотрена уголовная ответственность для водителя, скрывающего свою болезнь? Зачем ограждать от ответственности того, кто несет опасность обществу и прекрасно знает об этом? Здесь напрашивается сравнение с человеком, больным СПИДом, извещенным об этом, но не предупредившим о заболевании своего полового партнера и заразившим его. За это предусмотрена уголовная ответственность.
Чем же один безответственный больной отличается от другого безответственного больного, только с водительским удостоверением? Как первый, так и второй несут угрозу здоровью и жизни других людей. Почему подход к ним так различен?
Пока водителей не начнут строго наказывать за то, что они скрывают болезни, с которыми водить машину нельзя, новые поправки вряд ли смогут решить проблему в корне. Прав лишатся только те, кого вовремя заметила система. Как мы доказали выше, это возможно не всегда. А значит, от встречи с водителем, который в любой момент по состоянию здоровья может потерять управление машиной, по-прежнему никто не защищен.
Вячеслав СКАЛАЦКИЙ,
Наталья МАКСИМИШИНА